April 9th, 2013

брачные игры

Из разговора в публичной библиотеке: "Раньше я очень любил Звездный Путь (Star Trek) и смотрел все серии, но потом моя бывшая жена влюбилась в этого... лысого инопланетянина. Представляешь? Вот просто берет и влюбляется в эту лысую рожу. Пришлось перестать его смотреть. Я тогда увлекся было фильмами про Джеймса Бонда, но она взяла и влюбилась в Пирса Броснана. Так что Джеймс Бонд мне тоже разонравился.
Я в отместку попытался было влюбиться в одну индийскую актрису, но не вышло."

И так тринадцать лет.

кожаные крылья

Есть такой фильм хоррор-жанра, называется "Темные Этажи", особо примечательный тем, что в ролях монстров там снялась финская группа Лорди в полной трэшэво-готической своей экипировке. Папа привозит в госпиталь больную девочку-аутистку и, войдя в лифт вместе с несколькими другими людьми на одном этаже, выходит на другом в темный коридор, где за окном висят застывшие капли дождя и нет никого живого (только вдоль стен живописно разбросан умерщвленный персонал).

Роман Волобуев, по чьей наводке я, собственно, и посмотрела "Темные Этажи", зовет этот фильм "бракованной версией реальности", а также предлагает интерпретировать его как фантазию умирающего ребенка (и, надо сказать, некоторые детали фильма эту интерпретацию вполне поддерживают). С другой стороны, если смотреть на происходящее с точки зрения охваченного отчаянием отца, который совершает подвиги смелости, прорываясь сквозь монстряческие преграды этого сумеречного мира, но все равно никак не может помочь дочке (необходимые ей лекарства остались дома), то фильм становится потрясающей и очень горькой аллегорией дежурства у больничной постели близкого человека.

Эта аллегория становится особенно нестерпимой, когда отец, в какой-то момент фильма разлученный с дочкой, бежит искать ее - и внезапно вылетает обратно в "нормальный" госпиталь, где все безупречно чисто и горят яркие лампы, и ходят медсестры и доктора, предупредительные, гладко причесанные, в аккуратных халатах. Он кидается в этот мир, в котором все кажется безопасным, предусмотренным и разрешаемым - и понимает, что он тут привидение, что никто его не видит и не слышит его криков о помощи; и тогда он поворачивается и бросается обратно к двойным дверям, стремясь попасть обратно на темные этажи, где ждет его дочка. Вся больничная чистота и уверенность в успехе - морок, иллюзия, прикрывающая сумеречную изнанку, где мучаются, кричат и умирают неизлечимые больные, и где время застыло, образовало тошнотворную петлю. Потеряв всех спутников, папа и дочка остаются одни в последней, отчаянной попытке побега, в машине, несущейся на огромной скорости по пустынной подземной парковке - а перед ними уже встает из цемента гигантский силуэт, распуская огромные кожаные крылья. (Этот момент, к сожалению, немного портит то, что распускание крыльев уже примелькалось в песне Лорди "Hard Rock Hallelujah", с которой они выиграли Евровидение 2006.)

Сегодняшний мир стоит на отрицании смерти и мук и, мне кажется, на какой-то негласной иллюзии, что если сделать все правильно, то не будет ни боли, ни смерти. Фильм этот, несомненно, не особенно хорош: неуклюжий диалог, театральные монстры; но в своей чрезмерной театральности он как-то ухитряется показать, как они реальны - эти темные этажи, куда так легко провалиться.