August 5th, 2014

женское тело как пространство мужской власти в "Архипелаг ГУЛаг"

В "Архипелаг ГУЛаг" поразило, насколько все-таки практически все, описанное в книге, происходит между мужчинами. Нет, конечно, Солженицын упоминает женщин-заключенных, и даже - женщин-следователей, но все они - абстрактные тени, а на самом деле борьба за власть, за право на голос - она мужская борьба, мужское соревнование, в символическом пространстве этой отдельной страны, Архипелага. Женщины в ней - это разменная монета, территория, на которой ведется соревнование (очень по Леви-Строссу), предмет, который можно отобрать у другого мужчины.

Например, Солженицын пишет о "голубых кантах": "Встретил где-нибудь девку, наметил - будет твоя, никуда не денется. Чужую жену любую отметил - твоя! - потому что мужа убрать ничего не составляет" (первый том, глава 4; тут уж по умолчанию понятно, что власть - у мужчин, они и берут, несмотря на наличие женщин в органах). И тут же в сноске рассказывает следующую историю: "Давно у меня есть сюжет рассказа 'Испорченная жена'. Но, видно, не соберусь написать, вот он. В одной авиацинной дальневосточной части перед корейской войной некий подполковник, вернувшись из командировки, узнал, что жена его в больнице. Случилось так, чт врачи не скрыли от него: ее половая область повреждена от патологического обращения. Подполковник кинулся к жене и добился признания, что это - особист их части, старший лейтенант (впрочем, кажется, не без склонности с ее стороны). В ярости подполковник побежал к особисту в кабинет, выхватил пистолет и угрожал убить. Но очень скоро старший лейтенант заставил его согнуться и выйти побитым и жалким: угрозил, что сгноит его в самом ужасном лагере, что тот будет молиться о смерти без мучений. Он приказал ему принять жену какая она есть (что-то было нарушено бесповоротно), жить с ней, не сметь разводиться и не сметь жаловаться - и это цена того, что он останется на воле! И подполковник все выполнил".

Тут примечательно все, от названия до развязки - и во всей истории видно, что никому, включая мужа, нет дела до того, что чувствует эта несчастная, покалеченная женщина. Нет, тут только важно, что как жена - она испорчена "бесповоротно", а мужу теперь еще и приказали с этим примириться и не разводиться с ней. И, в общем-то, очень ясно, что с пистолетом он побежал не для того, чтобы мстить за причиненные ей страдания, а из-за того, что его собственность попортили. Да и понятно, что убивать он никого не собирался, боясь наказания (а то убил бы, конечно, стоя с пистолетом в кабинете), а хотел страха и раскаяния в компенсацию за свое попранное мужское достоинство.

Collapse )