September 28th, 2015

"но не ходи с ним", или злой дух, явившийся принцу гамлету (1)

«Гамлет» начинается с вопроса: Кто здесь? (Who’s there?). Этот вопрос, заданный одним из стражников, во многом задает настроение пьесы, и в частности поднимает острую проблему интерпретации: кто или что такое призрак, которого наблюдают персонажи?

Советские и вообще русские прочтения, как правило, безоговорочно верят призраку на слово, и исходят из того, что это действительно дух отца Гамлета, поднявшийся из чистилища. Сам призрак сообщает:
I am thy father's spirit,
Doom'd for a certain term to walk the night,
And for the day confined to fast in fires,
Till the foul crimes done in my days of nature
Are burnt and purged away.
(В переводе Пастернака:
Я дух родного твоего отца,
На некий срок скитаться осужденный
Ночной порой, а днем гореть в огне,
Пока мои земные окаянства
Не выгорят дотла.)

Проблема состоит в том, что одним из значительных изменений популярной теологии, ставшим результатом перехода Англии в протестанство, было как раз упразднение чистилища. Как известно, католический концепт очистительных мук после смерти произвел на свет, например, проблематичную практику индульгенций (и вообще пожертвований церкви с целью преуменьшения срока мук). Эту практику критиковали даже честные католики – что уж тут говорить о протестантах, которые упоминали ее чуть ли не в каждом обличающем памфлете.

Collapse )