Category: медицина

(no subject)

"The Violent Femmes
they bring all their equipment on the bus
and you can't fuck with the Violent Femmes
you cannot fuck with this band!" [тут можно насладиться оригинальной интонацией]

Таков лозунг преподавателя, не водящего машину, и постоянно едущего куда-то с кучей книжек, папок и различной электроники, а также снеди и питья.

Живу я в Торонто, преподаю английскую литературу, специализируюсь на позднем средневековье и ренессансе, а также занимаюсь интерпретациями Шекспира в раннесоветской культуре.

Collapse )

семейные роды госпожи Педерсон

Моя сестра госпожа Педерсон вчера родила нам замечательного мальчика при горячем участии всего остального семейства.
(Мама наша, то есть уже новоиспеченная бабушка, потом воскликнула, когда молодую мать увели в ванную: "Мы родили!" - на что я хихикнула: "Мы пахали - я и трактор".)
Но вообще у всех получилось поучаствовать. Я, например, отвечала за левую ногу роженицы. Она ей в меня упиралась при схватках.

Госпожа Педерсон подошла к процессу со своей обычной невозмутимостью: в середине дня у нее были регулярные схватки и раскрытие один сантиметр. Тогда ей сделали укол и она заснула, и спала до самого вечера, а потом проснулась неожиданно с полным раскрытием и примерно за двадцать минут все закончилось.
Медсестра нам попалась замечательная: очень круглая, веселая и добрая иранская тетя, у которой вчера тоже, как оказалось, был день рождения ("я не хотела говорить, потому что доктор сказал - займет всю ночь, и тогда какая разница, но, мамочка, твой ребеночек хочет наружу, рожаем сейчас, будет мне подарочек на день рождения"). Даже на эпидуральную анестезию времени не хватило.

Collapse )

вопросы в никуда: некрофилия и общество

Некрофилия - это аморально или неэтично?

Другими словами: почему некрофилия незаконна - потому что это просто плохо и не должно делаться никогда, или потому что она ущемляет права умершего (то есть вообще подпадает под общее определение манипуляций, которые могут быть проведены после смерти)?

Если все-таки неэтично по отношению к умершему, то, во-первых, надо признать, что права умерших в нашем обществе вообще как-то зыбко сформулированы. Например, хотя обычно надо давать во время жизни официальное разрешение на использование тела для опытов, это правило может переступаться в случае большой необходимости (например, редкой болезни). И захоронения, исторически говоря, часто тоже не навсегда. Во-вторых, вопрос о том, до какой степени мертвое тело должно связываться с тем индивидуумом, чью память мы чтим и чьи желания мы хотим уважать, тоже все еще остается открытым. Все-таки это очень христианский концепт, а наше общество все больше секуляризируется, и законы, в идеале, не должны основываться на религиозных предрассудках. (Тут я должна признать, что Башни Молчания как концепт мне очень интересны, и частично потому, что являются способом деиндивидуализировать мертвое тело, вернуть его обратно в экосистему.)

И, возвращаясь к вопросу некрофилии, в-третьих, в конце-то концов, а если он сам хотел? Я понимаю, что это сильно напоминает анекдот про паяльник в жопе, но чисто теоретически ситуация допустима, и потому вопрос интересный.
У Барбары Гауди (Barbara Gowdy) есть замечательнейший сборник рассказов под названием We So Seldom Look at Love, а в нем - одноименный рассказ, с главной героиней юной девушкой-некрофилкой, в которую безнадежно влюблен некий пылкий юноша. Его любовь безнадежна, собственно, потому что он живой и, соответственно, эту девушку по-настоящему привлечь не может. Collapse )

какую болезнь не нашел у себя герой Джерома К Джерома?

Вообще, надо сказать, что Мужчина, Суровый Во Всех Отношениях, очень удачно (и, причем, совершенно сознательно) косит под простого русского парня с фабричных окраин, в основном интересующегося вещами, которые делают "дрррр". Я даже сначала купилась.

А потом, в милой беседе, я к чему-то процитировала тот момент из Джерома К. Джерома, где главный герой читает медицинскую энциклопедию и находит у себя все болезни, кроме одной. Кажется, родильной горячки.
"Он не нашел воспаления коленной чашечки," сказал Мужчина, Суровый Во Всех Отношения.
Я заспорила, потому что помнила, что единственная причина, по которой главный герой у себя этой болезни не нашел, это полная для него невозможность быть ею больным. А воспаление коленной чашечки ведь у каждого может быть?
"Просто в оригинальном тексте," грустно сказал Мужчина, Суровый Во Всех Отношениях, "эта болезнь называется housemaid's knee [колено служанки - прим. пер]. Потому что бывала, например, у служанок, которые ползают на коленях, моя пол."

И действительно. Кроме того, оно еще называлось coal miner's knee, carpet layer's knee, and nun's knee [колени, соответственно, шахтера, ковроукладчика и монашки].

Но самое забавное, что я тоже оказалась частично права. Я потом нагуглила тот перевод, что читала в детстве, и там действительно родильная горячка. По-моему, этот эквивалент в общем очень хорошо укладывается в логику повествования.

(no subject)

Когда мы в колледже проходим "Падение дома Эшеров" Эдгара Аллана По, я обычно отдельно объясняю студентам, почему Родерик якобы не хочет хоронить свою сестру. Истинные причины нам становятся известны только в конце, но рассказчику он говорит, что такое решение было принято как результат "принятия во внимание необычного заболевания покойной, некоторых настойчивых и рьяных расспросов со стороны ее докторов, а также отдаленности и легкодоступности семейного кладбища" (consideration of the unusual character of the malady of the deceased, of certain obtrusive and eager inquiries on the part of her medical men, and of the remote and exposed situation of the burial-ground of the family). Вспомнив подозрительную рожу (sinister countenance) доктора, встреченного им на лестнице, рассказчик никак не препятствует этой безвредной, и очень естественной, предосторожнсти (a harmless, and by no means an unnatural, precaution). Грубо говоря, по мысли рассказчика, Родерик боится, что тело сестры доктора попрут с кладбища с целями подробного исследования в более удобном месте.

Исторически говоря, такое подозрение вовсе не является пустым. В девятнадцатом веке (как, впрочем, и раньше) медицинская профессия развивалась вовсю - а вот трупов для изучения не хватало, и как результат появилась всеми неуважаемая, но прибыльная профессия похищения свежезахороненных покойников. Тех, кто этим занимался, называли "body snatchers" или (и это мне кажется забавным) "resurrectionists" - воскресители. Услугами таких профессионалов пользовались вполне уважаемые доктора и преподаватели медицины.
На этом месте я обычно привожу в пример момент из "Тома Сойера", в котором мальчишки приходят ночью на кладбище с мертвой кошкой, и застают там Доктора Робинсона, который с двумя подельниками раскапывает свежую могилу.

В перерыве ко мне подошла кореянка, очень старательная, чуть меня постарше. Английский у нее не очень, но литературу она замечательно чувствует; у меня иногда такое чувство, что я именно с ней весь урок разговариваю. Так вот, подходит, и говорит: Вы знаете, профессор, я стараюсь своему семилетнему сыну читать классику детской литературы, чтобы мы вдвоем с ним постигали культурные ценности. И вот сейчас я ему как раз читаю "Тома Сойера". Очень трудно идет. Много слов незнакомых... и вообще много непонятного. Он просит объяснить, а я не знаю, что и сказать. Вот, например, этот эпизод на кладбище.
Ну, шучу я, зато теперь, после моей лекции, вы можете прийти домой и объяснить, что именно происходило на кладбище и почему.
Кореянка некоторое время смотрит на меня задумчиво.
Наверное, говорит она, что-нибудь другое начнем читать.

privet!

А вот есть еще такое замечательное английское слово "privet" (ударение на первом слоге). Я, помню, еще когда в школу пешком гуляла в Торонто, все проходила мимо улочки с таким названием и восхищалась таким интернационалом.
Потом оказалось, что "privet" - это такой очень плотный кустик, им часто обсаживают частные лужайки по краю (по-русски называется страшно - бирючина). Причем этимология неизвестна. Некоторые считают, что, возможно, связано с "private" (частный, личный) - что имело бы смысл, учитывая его функцию, но никому еще не удалось эту связь доказать.
Дядюшка и тетушка Гарри Поттера, кстати, жили на Privet Drive.

А в конце шестнадцатого века "privet" - это был хирургический щуп (говорят, от французского "eprouvette," что есть приспособление для исследования чего-то: ложка для проб металла. тут уж какие-то совершенно сюрреальные образы начинают рисоваться. он ложкой пробовал металл).

Есть какая-то связь. Одно - чтобы прятаться. Другое - чтобы вторгаться - скажем, в рану. Слово одно и то же.

синдром Декстера

В популярном сериале "Декстер", главный герой постоянно рефлексирует на тему своей эмоциональной несостоятельности. Ходя по улицам Майами, он завистливо думает, что все кроме него способны спокойно веселиться, не чувствуя себя некомфортно при больших скоплениях народа; не задумываясь постоянно, правильно ли они себя ведут; не работая над впечатлением, которое они производят на других; не чувствуя себя out of place. Другие люди, размышляет социопат Декстер, они всегда, всегда естественным путем знают, что и как сказать, как отреагировать. Их привязанности и неприязни всегда полностью естественны - и потому, по мнению Декстера, гораздо ценнее, чем его собственные.

Этот синдром Декстера я наблюдала множество раз: например, им страдают почти все подростки, которым кажется, будто только они мучаются поисками и метаниями, а все остальные вокруг них уверенно выбирают самые подходящие варианты и вообще знают, что делают. Сериал нарочно утрирует этот аспект (особенно по сравнению с книгой), частично для того, чтобы показать, насколько искусственны наши понятия морали, общения, семейных и романтических связей. По сути, мы пойманы в противоречии популярной культуры: с одной стороны, мы слышим мантру "просто будь самим собой!", а с другой стороны, постоянно публикуются горы книг (включая незаходящее солнце Дейла Карнеги), которые рассказывают нам, как это самое "я" наилучшим образом конструировать. Естественно, что очень немногие люди (если такие вообще существуют) инстинктивно знают, как взаимодействовать с другими, как строить отношения, как вести себя в группах. Те, кто делает это хорошо, как правило, смогли создать крепкие, действенные алгоритмы и стратегии на базе жизненного опыта - как и сам Декстер, живущий, в общем-то, нормальной социальной жизнью.

Collapse )

снежный ком

Приняв во внимание все советы, я на всякий случай послала копию анонимного письма из прошлого поста своему непосредственному начальству - профессору, которая, собственно, заведует курсом.
И вот за два дня это несчастное мыло по сложной цепочке уже дошло до вице-директора студенческих дел (или как там это по-русски), причем никто не знает, что делать, потому что никогда раньше не сталкивался. Но все выражают мне глубокое сочувствие за пережитые страдания.
Еще немного, и университет раскошелится интенсивную терапию, чтобы помочь мне избавиться от этой травмы.

С интересом жду, чем все кончится: может, в лекцию университетского психолога пришлют? Привлекут технический департмент, чтобы они разобрались, кому принадлежит анонимный почтовый ящик, и выпишут предупреждение? Никак не пойму, одобряю я такую неожиданно бурную реакцию или нет.

плохое утро по-английски

Отличное английское выражение, которые употребляется, когда оба участника разговора немножечко "under the weather" (чувствует какое-то временное недомогание) or чуть-чуть "worse for wear" (каким-то образом подпорчен - пьян, устал, сломана нога). Вот эти двое смотрят друг на друга, понимая, что им обоим хреново, и один из них произносит: "Man, you look just like I feel!" (ты выглядишь так, как я себя чувствую!).

Важный момент: используется только в достаточно близких и доверительных отношениях, так как является негативной оценкой чужой внешности (по сути, вы говорите собеседнику: "You look like shit today!"). Лучше всего так говорить, например, если вы предыдущей ночью вместе напились, и теперь мучаетесь общим похмельем.

косоглазие, огромные шрамы, ветрянка - наконец, просто некрасивые черты лица

На zadolba.li наткнулась на пост, тяжело ранивший мою нежную душу: менеджер по персоналу отстаивает свое право отбирать претендентов по фотографии. Пишет:

"Но ведь встречаются регулярно:
— прыщи на всё лицо, которого иногда за ними не видно;
— десятки килограммов лишнего веса (а значит, и передвижение исключительно неспешным шагом);
— косоглазие, огромные шрамы, недавно перенесённая в двадцатилетнем возрасте ветрянка, наконец, просто некрасивые черты лица (да, вам не повезло, но эстетические чувства сотрудников это оскорбляет).
Всё вышеперечисленное никак не помешает вам работать, верно. Зато помешает остальным. И можете сколько угодно ныть про дискриминацию по внешности — её нет." (курсив мой)

А? каково? Мы Вас не наймем потому, что Вы оскорбляете наши эстетические чувства, но это вовсе не дискриминация по внешности. Это, наверное, неотъемлемое право каждого - созерцать рядом только то, что находится в соответствии с эстетическими чувствами. Какие трепетные у них работники - чужое косоглазие мешает им работать!

(Вспомнилось, как жаловался один русскоязычный мужчина, учившийся в канадском колледже, что в классе над ним жестоко посмеялись за попытку объяснить важность фотографии на резюме. Местным такая идея показалась забавной, слегка неприличной фантазией.) Ну и, конечно, за попытку отсеивания по внешности в Северной Америке задолбавшаяся менеджер по персоналу запросто может заработать своей компании судебный иск. И правильно. Шрамы им мешают, видите ли, выбирать они хотят.