Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

(no subject)

"The Violent Femmes
they bring all their equipment on the bus
and you can't fuck with the Violent Femmes
you cannot fuck with this band!" [тут можно насладиться оригинальной интонацией]

Таков лозунг преподавателя, не водящего машину, и постоянно едущего куда-то с кучей книжек, папок и различной электроники, а также снеди и питья.

Живу я в Торонто, преподаю английскую литературу, специализируюсь на позднем средневековье и ренессансе, а также занимаюсь интерпретациями Шекспира в раннесоветской культуре.

Collapse )

вопрос в студию

Надеюсь, что кто-нибудь, побольше моего знающий о раннесоветском театре, может подсказать.

Четвертого апреля 1922-го года в "Жизни искусства" дана маленькая заметочка об Академическом театре драмы, в котором собираются ставить "Отелло" (собственно, почему она и привлекла мое внимание). Кроме того, в заметочке написано: "Труппа сокращена на 40%. Уволены почти все мимисты".
Что за мимисты? То есть я посмотрела определение: у Ожегова "мимист" - это артист, искусно владеющий мимикой. Но ведь это не специализация? Кое-где еще на просторах интернета написано, что это устарелый синоним для слова "мим" - т.е. артист, специализирующийся на пантомиме. Но неужели там было столько мимов, что надо было их упоминать отдельно? В общем, загадка.
Помогите, кто чем может, люди добрые!

Николай Акимов: все мы в общем сатанисты

Читала стенограммы автобиографических речей Николая Акимова в 1960-х. Вот Акимов - пример человека, которого как-то мало задело соц. реализмом. Такое впечатление, что он каким-то образом ухитрился жить в этом самом соц. реализме - но совершенно отдельно, сам по себе. Это редкий феномен.

Очень смешно рассказывает про культ антропософии в МХАТе втором, и про то, как театр в полном составе участвовал в духовных упражнениях по отделению от земли.

И далее говорит:
"Но в общении с мхатовцами приходилось держать ухо востро, чтобы как-то не показаться уж абсолютно деревенщиной. И когда однажды меня – я помню тоже такой классический случай – познакомили с Бромлей (она была чрезвычайно хорошая актриса, величественная дама и ходила в вуалетке, чтобы немножко отделиться от окружающей обстановки), здороваясь (меня представили: "вот молодой художник у нас" и т.д.), она протянула мне руку для поцелуя и спросила императивно очень: "Вы сатанист?". Я был совершенно застигнут врасплох, и мне не хотелось брать на себя такую нагрузку, но вместе с тем резко и грубо сказать, что ничего подобного, я чувствовал, что это ккак-то неудобно, поэтому я как-то реагировал, что все мы в общем сатанисты..."

Collapse )

маленькие новости

Сбежавши от всех своих забот в Москву, веду тут неожиданно наполненную жизнь академического гостя: то в архив, то в библиотеку, то лекции в университете почитать.

Сегодня в третьем номере "Жизни искусства" за 1924 год нашла фельетон (подписанный псевдонимом Олл Райт), издевающийся над страстью к театральной инновации. Так и называется: "Записки режиссера нового театра". Среди всего прочего, воображаемый режиссер рассказывает:

"Вчера ставил «Короля Лира» под названием «Три Сиротки». В сцене Лира с Корделией Лиру подал ночной горшок. Кемпт поднес прочие требуемые аксессуары.
Чистая эмоция!"

И сразу припомнила, что когда Свободный Театр Беларуси ставил "Короля Лира" в шекспировском Глобусе, то Глостер у них был в инвалидной коляске и мочился в ночной горшок, подносимый Эдмундом. Вот так не прошло и ста лет, а сатира воплотилась в жизнь! И, надо сказать, очень хорошо получилось. Мораль такая, что сатира да пародия вполне бывают годны к серьезному употреблению.

В качестве иллюстрации - я за чтением лекции про сэра Гавейна:
Collapse )

советские цирк и оперетта в 20-е годы

Новости культуры 1928 года:

Госцирк все еще изыскивает, чем бы заинтересовать зрителя. Объявление за конец апреля гласит: "Ежедневное грандиозное зрелище: цирк под водой. 50,000 ведер воды на арене цирка. Пантомима Черный Пират. Участвуют актеры Московских и Ленинградских цирков. Постановка Энрико и Вильямса Труцци".

По-моему, это из категории ста крыс: представить совершенно невозможно.
В марте того же года, в Театре Оперетты шло новое, идеологически наполненное произведение "Черный амулет" (музыка Стрельникова, режиссура Лапицкого), на очень популярную в те годы тему про то, что в Америке бьют негров не то, что у нас (и "Цирка" уже осталось недолго ждать).

Критика к новинке отнеслась скептическипрохладно.Collapse )

театральные маргиналии

Читаю сейчас много всякого театрального, опубликованного на русском в 1920-х годах, и наткнулась на великолепный сайт театральных публикаций. С одной стороны, можно не мучить наших самотверженных библиотекарш, которые мне все это находят и заказывают. С другой, в оригинальных публикациях встречается всякие занимательные маргиналии.

Например, вот статья Юлия Айхенвальда, "Отрицание театра" (в сборнике "В спорах о театре", 1914). Как понятно по заголовку, Айхенвальд в общем считает театр формой искусства, исчерпавшей себя и не особенно нужной, т.к. пьеса существует и так, на бумаге, без того, чтобы ее представляли на сцене. Соответственно, где-то в середине статьи он пишет такой абзац:
"Иллюстрации, примеры, комбинации... именно это в театре - существенное, а это именно и не нужно, - не нужно тем, кто стал эстетически взрослым. Часто сравнивают театр со школой и справедливо говорят о желательной наглядности его уроков, о его благотворном педагогическом воздействии; это - так, но педагогия нужна только маленьким."
И тут кто-то, так давно, что уже непонятно, карандашом или совсем выцветшими чернилами, исправил точку на запятую и дописал "а маленьких так много".

Collapse )

пустыни, прилегающие к реке Иордан, и другие филологические вопросы

Вот, помню, еще когда писала диссертацию, то одним вечером методично доставала всех знакомых, имеющих хоть какое-то отношение к химии, вопросом: а если средневековый доспех опустить на ночь в морскую воду, может ли он заржаветь до неузнаваемости?
Потому что в шекспировском "Перикле" главный герой, выброшенный после кораблекрушения на берег, как Иона или герой Воннегута, отбирает у рыбаков выловленный доспех ("шлем моего дедушки! латы моей бабушки!") и едет в нем на местный турнир. А на местный турнир его еле-еле пускают. Лорды кривят нос и комментируют, что в таких ржавых доспехах он похож на крестьянина, а не на рыцаря.
Так вот, мне позарез надо было знать - возможно ли это, или все-таки театральное допущение.
В процессе дискуссии выяснилось еще, что средневековые доспехи делали из (естественно) сплавов, незнакомым современным химикам.
Решили, что театральное допущение, и знать больше ничего, так у меня в диссертации и написано: ОЗС (один знакомый сказал).

Вчера мучила гугль-карту, разглядывая на ней Реку Иордан, Иерусалим и прилегающие пустыни. Почему, ну почему я не учила географию в школе? Вот, знаете, была такая Мария Египетская, замечательная средневековая святая, известная своей распутностью в годы юности. Я по ней пишу статью, то есть по одному ее среднеанглийскому житию второй половины тринадцатого века.

Мария Египетская родилась где-то в египетском захолустье, потом сбежала в Александрию, потом поплыла на корабле в Иерусалим (чьей территорией был Иерусалим в шестом-седьмом веке, никто не знает, случайно?), потом совершила путешествие в монастырь на берегу Реки Иордан (кажется, монастырь Иоанна Крестителя), а оттуда ушла в пустыню. Перейдя реку, я так понимаю. Нет, ходить по воде и левитировать она начала позже.
Кто-нибудь, кто знает эти места: в какую пустыню она могла уйти? является ли эта пустыня египетской? сколько там вообще пустынь, прилегающих к Реке Иордан?

Практических соображений жизни в пустыне в расчет можно не принимать: в зависимости от версии легенды, она жила там около сорока лет, взяв с собой из припасов три буханки хлеба и не имея контактов с людьми. Зато ей являлась Дева Мария.

непоправимые поступки и невосполнимые потери: вечная зима в балете "зимняя сказка"

В ноябре у нас шел балет шекспировской "Зимней сказки" (The National Ballet of Canada and the Royal Ballet, UK; музыка Joby Talbot, хореография Christopher Wheeldon). Я, признаюсь честно, пошла несколько обреченно: не то что я не люблю балет как таковой, но виденные мной ранее постановки были построены по принципу "немного сюжета, а теперь двадцатиминутная сцена, в которой танцоры показывают свое мастерство". Я не высокий ценитель, мне мастерству классического балета трудно отдать должное, мне хочется дальше, в рассказ. На "Спящей красавице" я даже, помню, задремала: там то все феи по очереди исполняли соло на сцене, то какие-то дворцовые балы и теперь все исполняют парные номера, и так далее. А тут еще Шекспир!

Так вот. "Зимняя сказка" оказалась, как говорит программка, "narrative ballet" - то есть, я так понимаю, сочетание балета с интерпретативным танцем. И они танцевали сюжет, причем танцевали так, что весь ряд рыдал, и я тоже рыдала, хотя я "Зимнюю сказку" не очень и люблю на самом деле, но этот балет как раз дотянулся до того, нелюбимого, вытащил его на свет.

Все дело в том, что в "Зимней сказке" настоящими мне всегда казались только первые три акта. Бессмысленная, разрушающая ревность Леонта, отчаяние Гермионы, смерть ребенка, младенец, оторванный от матери, Антигон на чужом берегу, убегающий от медведя в никуда, в смерть, в вечную зиму. В метатеатральном смысле - эта история и есть то, что маленький Мамиллий рассказывает маме, объясняя, что "зимой - лучше всего грустная сказка".
И вот это было сыграно безупречно. Танец Леонта с Поликсеном - и втроем с Гермионой, и зарождающаяся ревность, и Леонтий, крадущийся между колонн, в зеленом мертвенном свете своей больной фантазии, в котором жена с его лучшим другом корчатся от преступной страсти, и суд над Гермионой, черный, неприступный король, для которого мольбы жены - пустой звук, и маленький мальчик в ночной рубашке, волочащий игрушку, спускающийся в этом время, шаг за шагом, по бесконечной лестнице, а потом беззвучно падающий, не в силах пережить происходящего. А на сцене - зима, снежинки, сугробы на заднике, и на Антигона встает зимний медведь-демон, страшный, бесформенный, огромный, всех съест, ничего не оставит.

Collapse )

западное бескультурье: закрытие театров или флейта в жопе

Как известно, осуждение западных стран за их бескультурность - это совершенно не новый феномен. Советские театроведы сплошь и рядом сокрушались, что на бездуховном западе настоящего, живого, и сочного театра никто не ценит, классика не ставится, а публика хочет видеть либо красочные, бездумные фильмы, либо, на худой конец, варьете, желательно с обнаженкой и гротеском.

Так, например, в пьесе Олеши "Список благодеяний" (написана в 1930-м году, переработана в соответствиями с требованиями цензуры в 1931-м), актриса Леля стремится на Запад, так как считает, что там ее талант будет больше востребован. Но, приехав во Францию, она обнаруживает, что никто не приглашает ее играть Гамлета, как она надеялась. Вместо этого, чтобы удовлетворить запросы публики, импрессарио Маржерет предлагает переработать известную сцену из пьесы и вместо монолога Гамлета просто вставить флейту в жопу и сыграть что-нибудь:
Collapse )

балет "Красный вихрь": 1-й процесс

Я уже которую неделю медитирую на это ранне-советское либретто и все больше убеждаюсь, что Борис Гройс все-таки прав: соц. реализм напрямую вырастает из русского авангарда. Ну невозможно их четко разделить.

«В 1924 году на одном из театральных диспутов во Дворце труда ко мне подошла группа рабочих «Красного треугольника» с просьбой разъяснить им содержание либретто, опубликованного в программах бывшего Мариинского театра, выпустившего новый балет «Красный вихрь» в постановке талантливого балетмейстера Федора Лопухова. Либретто гласило:

«1-й процесс.
Эпоха, предшествующая русской революции.

  1. Накопление элементов социалистического миросозерцания без националистической окраски.

  2. Накопленная музыкальная энергия превращается в световую, отражая в ней все более и более возрастающий комплекс социализма.

  3. Дальнейшая трансформация энергии из музыкальной в световую и далее в форму живого организма.

  4. Хореографическое адажио классического плана, характеризующее социализм...»

(Б.М. Филиппов, Как я стал домовым [Москва: Искусство, 1974], стр. 121-122.
See also Boris Groys, “The Birth of Social Realism from the Spirit of the Russian Avant-Garde,” in The Culture of the Stalin Period, ed. Hans Günther [London: MacMillan, 1990], 122-148).